В недавно вышедшей из-под пера Нэта Силвера книге «Сигнал и шум» есть интервью с Мюрреем Кэмпбеллом, одним из разработчиков Deep Blue — компьютера, который побил самого Гарри Каспарова, находившегося на пике своей шахматной формы. И вот что интересно: г-н Кэмпбелл говорит, что ход, принёсший машине победу, был сделан ею по ошибке. В силу случайного сбоя в программном обеспечении!

Напомним: тогда, в 1997 году, судьба поединка человека с Deep Blue висела на волоске. Компьютер так и выиграл — с шатким счётом 3½:2½.

Каспаров мог ожидать от четверти тысячи процессоров Deep Blue чего угодно: интеллекта, выдержки, неподверженности эмоциям... Но никак не банального сбоя! (Фото Adam Nadel / Associated Press.)

Больше всего вопросов вызвал ход во второй партии матча, когда Deep Blue мало того что «задумался» на 15 минут (вместо обычных трёх), но и отклонил жертву, предложенную Каспаровым, «легендарно» сыграв Сe4. Уже тогда поговаривали, что это невозможно — чтобы шахматная программа нашла столь тонкий, типично человеческий позиционный ход, не имеющий явных преимуществ перед другими вариантами, однако дезориентировавший великого шахматиста, который в итоге сдался после 45-го хода, хотя чёрные (Каспаров) могли свести игру вничью вечным шахом из-за неточного последнего хода белых.

Как все помнят, по итогам шести игр Гарри Кимович потребовал у создавшей Deep Blue IBM выдать ему логи партии. Но их так и не предоставили, что лишь усилило разговоры о вмешательстве в игру человека, переломившего ход поединка.

Так вот, если верить заинтересованной стороне в лице Мюррея Кэмпбелла, всё объясняется проще: «Каспаров [ещё в конце первой игры 1997 года] заключил, что контринтуитивная игра [компьютера] должна быть признаком превосходящего интеллекта. Он никогда не предполагал, что это был просто баг».

Баг был, строго говоря, несколько необычным: на 44-м ходу первой игры Deep Blue не смог выбрать между альтернативами и запустил дефолтный вариант, которым был... рэндомный, случайный выбор хода. Это настолько ошеломило Каспарова, что он посчитал в тот момент возможности Deep Blue радикально выросшими по сравнению с поединками 1996 года, когда гроссмейстер легко разделывался с машиной. Это, как полагает г-н Кэмпбелл, и привело к ошибке во второй игре и общему фиаско.

Выгода от 37-го хода Deep Blue во время второй партии настолько неочевидна, что IBM обвиняли в читерстве и приглашении гроссмейстера, влиявшего на стиль игры машины. 

По всей видимости, это был не единственный сбой Deep Blue. Во второй игре на 44-м ходу компьютер оставил короля незащищённым, позволив Каспарову угрожать шахом — вечным шахом. Однако уже зародившееся у человека подозрение в блистательных возможностях машины не позволило ему разглядеть эту ошибку программы, и возможность свести игру (и поединок в целом) вничью была утеряна. Душевное спокойствие Гарри Каспарова в очередной раз было поколеблено «слишком человеческой» игрой машины.

В свете сказанного подозрения о «человеческом компоненте» со стороны IBM, начавшие укрепляться после последующих (2000 года и позже) игр Каспарова с компьютерами, которые он сводил вничью, в какой-то мере оправданы. Хотя в игру на стороне машины человек, возможно, и не вмешивался, баг по своей природе был чисто человеческим: Deep Blue, сделав ошибочный ход после множества правильных, идеальных, нарушил стандартное игровое поведение машины. Да-да, поступив, как человек, которому свойственно ошибаться…

Подготовлено по материалам Wired.

Источник: http://science.compulenta.ru/711677/